Tallin Music Week сблизил «детей» Игги Попа с Иваном Дорном

Опубликовано в Апрель 17, 2018, 6:12

Непосредственно музыкальная программа продолжалась три дня, и даже если можно было поставить себе цель слушать каждое выступление по 10–15 минут, ознакомиться с творчеством даже одной трети артистов было бы вряд ли реально. Пока на приветственном концерте гостей развлекали Estonian Folk Orchestra (эстонский фолк-оркестр), джазово-академический Absolute Ensemble и Элина Нечаева, которая будет представлять родную страну на грядущем «Евровидении» (интервью Артура Гаспаряна с певицей можно будет прочитать в ближайших выпусках «Звуковой дорожки»), в другом таллинском клубе была в разгаре вечеринка под гордым названием Live Nation Baltics Night, где свои таланты демонстрировали «незаконнорожденные сыновья The Stooges and AC/DC» Dead Furies и довольно широко известные в России Trad.Attack!, которые очень по-своему интерпретируют фолк-музыку. Дальше все пошло по накатанной. С необычным шоу выступили бельгийцы Intergalactic Lovers, демоническую смесь рока, инструментальной и психоделической музыки представили публике эстонцы Elephants From Neptune, в прошлом разогревавшие таких мастодонтов, как Red Hot Chili Peppers, Foo Fighters, Kaiser Chiefs. Сонграйтер и композитор легендарной группы Gus Gus Hogni приехал с сольным экспериментальным проектом, а украинский «стыцамен» Иван Дорн с альбомом «Open the Dorn!». Хотя из всего многообразия представленных музыкальных яств порой было сложно выбрать лучших, MegaБит как всегда нашел своих фаворитов.

FRANKIE ANIMAL: претенциозный поп от «инь» и «ян»

Этой молодой эстонской команде удалось органично соединить в своем творчестве легкость поп-музыки и изящество стиля инди. Мягко льющийся, слегка «плачущий» вокал, неровные ритмы, акцентированные гитарные партии формируют атмосферное, колоритное и ни на что не похожее звучание. Самоирония в текстах сочетается с романтизмом и глубиной. Вокалистка Мария и солист Йонас не бояться писать свои музыкальные картины широкими мазками, но, разрабатывая основные идеи, концентрируются и на мелочах.

— Ребята, расскажите, с чего началась ваша история? Что стало стартовой точкой?

Мария: — Мы собрали группу уже 6 лет назад: это, конечно, немного по меркам мастодонтов, которые десятилетиями работают на сцене, но для нас — довольно большой срок. Столько всего произошло за это время… История довольно распространенная: мы с Йонасом создали группу, когда учились в музыкальной школе. Чуть позже к нам присоединился басист Ян.

Йонас: — Все произошло спонтанно. Не могу сказать, что у нас сразу были какие-то наполеоновские планы по покорению мира (смеется). Просто нам нравилось то, что мы делали, нравилось фантазировать, экспериментировать, а дальше события стали развиваться стремительно, начались активные репетиции, выступления, фестивали… Публика стала о нас узнавать.

— Тем не менее, хотя наполеоновских планов не было, сейчас ваша музыка кажется весьма амбициозной. В каждой композиции, клипе — свой концепт, своя история. Не скажешь, что они сделаны просто для «фана» на коленке…

Йонас: — Мне кажется, в нашем случае концепция вырисовывалась со временем, проявлялась, как кадры на фотопленке, и она формируется до сих пор. То, с чего мы начинали и что делаем сейчас — несколько разные вещи. Мы постоянно ищем себя в мелодиях, звуках, в вокальном смысле, хотя, конечно, у Марии есть своя манера исполнения, свой почерк, но и он может меняться. Мы не знаем, куда нас занесет завтра.

— А что за определение «girls VS boys» («девушки против парней». — Прим. авт.), которое вы используете, описывая свою группу? Надеюсь, никакого сексизма?

Йонас: — Конечно, нет! (Смеется.) И никакого противостояния на самом деле. Просто так сложилось, что Мария — единственная девушка в составе. На самом деле речь идет скорее о дополнении друг друга. Это как «инь» и «ян» в восточной философии. Соединение мужского и женского начал, которое и позволяет случаться чудесам в музыке.

— В ней еще соединяются и элементы разных жанров, как ингредиенты в коктейле со слегка островатым, пикантным вкусом. Есть ли лично для вас определяющее направление?

Йонас: — Наверное, можно назвать то, что мы делаем, поп-музыкой с причудами, вроде бы понятной и доступной, но с уклоном в альтернативные стили, иногда со странными текстами, какими-то неожиданными мелодиями…

Мария: Хотя поп-музыка ассоциируется у многих с чем-то более конкретным, простым, тем, что друг за другом копируют многие артисты, нам бы все-таки не хотелось загонять себя в какие-то рамки. Клише уже совершенно не актуальны в наше время.

— У большинства артистов все-таки есть свои путеводные звезды, маяки в музыкальном мире, какие-то персонажи из прошлого, которые их вдохновляют. Кто ваши герои?

Мария: — Когда мы только начинали, то заимствовали какие-то элементы из музыки Arctic Monkeys, Led Zeppelin. Со временем палитра очень сильно расширялась, благодаря этому одновременно появлялись сравнения с какими-то другими командами, но становилось все больше самобытности.

Йонас: — На инди-рок-сцене, и не только, происходит много всего интересного. Развитие интернет-сервисов позволяет поглощать все больше музыки. Конечно, это не может не влиять и на нашу собственную.

— Она еще ярче раскрывается в ваших клипах, где показаны самые разные истории — и веселые, и самоироничные, и грустные, и романтичные, и даже мистические. Что в данном случае первично для вас — музыка, идея, художественный образ?

Йонас: — Мы берем композицию и пытаемся понять, что она может дать нам и зрителю, о чем она в глобальном смысле, какие эмоции вызывает. Тогда уже в голове рождается некая картинка, и мы начинаем думать, какими средствами лучше ее воспроизвести.

— В клипе на песню «Misty» грустный парень в большом плюшевом костюме-сердце страдает от недостатка любви. До боли знакомая история: есть же известное видео Роджера Санчеса «Another Chance», где девушка мечется по городу с большим игрушечным сердцем в руках, и оно постоянно уменьшается…

Мария: — Да. Получилось забавно. Как будто диалог двух клипов: у них девушка, у нас парень. Но на самом деле не было никаких аллюзий и референсов, потому что мы увидели этот клип уже после того, как сделали свой. Вот такое забавное совпадение.

— В России есть топовые поп-звезды, известные рок-команды, но если говорить об инди-музыке, каких-то экспериментальных историях, они так или иначе остаются в андеграунде. А что происходит на эстонской сцене?

Мария: — Расстановка сил — примерно такая же: поп-музыка у нас наиболее популярна, особенно если она исполняется на эстонском. В этом смысле мы автоматически попадаем в андеграунд и авангард, потому что не поем на родном языке. Но здесь, по сравнению с Россией, все-таки легче продвигать свое творчество. У нас маленькая страна…

— Что насчет вашего гастрольного графика?

Йонас: — Пока мы были только с туром в Германии, разогревали одну известную эстонскую группу, а потом узнали, что они очень переживали: мол, «эти ребята круче нас». Мы больше играем здесь — уже в пятый раз на Tallin Music Week. Это одновременно и дань традиции, и новые возможности, потому что на фестиваль приезжают люди из разных стран, завязываются новые полезные знакомства.

— Кроме поп-музыки какие жанры в Эстонии сейчас в тренде?

Йонас: — Хип-хоп. Как мы слышали, в России тоже. На самом деле появляется много молодых интересных исполнителей в этом направлении, которые стремительно завоевывают популярность. Есть любопытные пост-рок-группы, электронные музыканты.

— Вы на сцене и в жизни — это разные люди?

Мария: — Скорее, да, чем нет. В обычной жизни я более тихая, скромная, иногда даже социопатичная (смеется). Мне не всегда комфортно в присутствии большого количества людей. Но на площадке ощущения абсолютно меняются. Я чувствую энергию и раскрываюсь, чувствую себя фронтвумен.

Йонас: — На площадке у нас есть свои персонажи, характеры. Это работает так же, как в театре. Только пространство для импровизации шире. Не только в плане поведения. Мы, конечно, планируем программу заранее, выстраиваем сет-лист, но можем и изменить его. Каждый концерт — очень разный. Мы не знаем, как будет развиваться действие: многое зависит от атмосферы, от настроения публики. Это не значит, что нужно идти у нее на поводу, но нужно обязательно вести диалог с ней.

POCKET KNIFE ARMY: история не о звуке, а о музыке

Мощная энергетика, глубокий, яркий вокал, плотная стена электронного звучания, которое при этом создается исключительно аналоговыми средствами. Несмотря на молодость, у участников этого концептуального проекта из Голландии уже накопилось достаточно опыта, и это ощущается, когда Дезире и Ирвин выходят на площадку, моментально захватив внимание аудитории. Уверенно двигаться вперед им помогают четкое видение цели, умение концентрироваться на процессе, не думая о реакции публики, и серьезный бэкграунд.

— Каждый год во всем мире появляется невероятное количество групп, так что утонуть в этом море очень легко. Что помогло вам обратить на себя внимание публики? В чем была главная мотивация?

Дезире: — Мы сами слушали много музыки, нам были интересны как артисты, начавшие свой путь много лет назад, так и какие-то более современные исполнители. И нам, конечно, всегда хотелось сочинять композиции самим, делать музыку, которую нам нравится, при этом не похожую ни на что другое. Повторять то, что кто-то когда-то сделал до тебя, — неинтересно. Мы никогда специально не ждали никакого фидбэка, не готовы были идти на компромиссы, просто решили попробовать и на год заперлись в студии, а потом показали результат. Наверное, люди почувствовали нашу уверенность, нам удалось передать им свою энергетику, и резонанс был довольно большой.

Ирвин: — У нас есть пара главных правил, которым мы следуем по жизни. Первое — ничего не бояться и просто делать, а второе — не использовать компьютеры и программы для создания музыки, работать только на аналоговых инструментах, синтезаторах.

Дезире: — Очень важно, чтобы песня была хороша именно как песня, в традиционном понимании. Когда артисты активно используют электронные способы создания произведений, правильнее говорить о качестве звучания, а в нашем случае — о качестве музыки.

Ирвин: — Мы оба раньше играли в рок-бэндах, и мы пишем песни под гитару или фортепиано. Мы привыкли к этому.

— Как вам кажется, в чем секрет популярности? Что важнее — трудолюбие или удача?

Ирвин: — Очень важно оказаться в нужное время в нужном месте. Но, несмотря на фактор везения, ты всегда должен быть готов собраться и показать, на что ты способен.

Дезире: — Всегда работает сочетание многих факторов. Помимо удачи и трудолюбия еще очень важен бэкграунд, потому что чем больше интересной музыки разных жанров ты слушаешь, чем лучше знаешь ее историю, тем свободнее становишься в своих собственных фантазиях. Хотя мы уже говорили, что никогда не стремились ничего повторять, та база, которая у нас есть, безусловно, напитывает нас. И, конечно, есть артисты, которые нас вдохновляют. Я, например, очень люблю Джеффа Бакли, его музыку, его тексты. Но мне также нравится команда «Queens of the Stone Age» и много других исполнителей самых разных стилей.

— Как работает современная музыкальная индустрия в Голландии? Насколько сложно молодой перспективной группе найти свое место под солнцем?

Ирвин: — Аудитория сегментирована. Коммерческая поп-музыка специально сделана так, чтобы быть доступной всем, и это одна история. Те, кому нужно что-то более необычное, более интересное, приходится искать исполнителей по душе, ну а самим артистам — искать свою публику.

Дезире: — Тем, кто работает в мейнстриме, проще найти своего слушателя. Если же говорить о нас, здесь должна случиться обоюдная симпатия, вкусы должны совпасть. Кроме того, это более претенциозная музыка, поэтому бэкграунд должен быть не только у нас, но и у публики. Мы сами проводим достаточно много времени в Интернете, чтобы понять, где наш слушатель, кто он, в каком направлении нам стоит двигаться, промоутируя свое творчество.

— Вы когда-нибудь фантазировали, как будет выглядеть и звучать ваша группа через 10, 20 лет?..

Дезире: — Надеюсь, мы будем еще в полном расцвете сил. Наша цель сейчас — давать как можно больше концертов, в том числе за пределами Нидерландов. Мы стараемся выезжать с гастролями как можно чаще, очень рады быть побывать здесь, в Таллине. В ближайших планах у нас — Варшава, Берлин. Когда мы в прошлый раз были в Берлине, то ощутили на себе, что это действительно цитадель современной актуальной культуры: музыки, живописи, перформанса, видеоинсталляций — формы могут быть самыми разнообразными.

— Вы впервые выступаете на Tallin Music Week? И работают ли подобные фестивали?

Дезире: — Здесь мы впервые, но были на подобном мероприятии в Бельгии. Там была немного другая система, но тем не менее тоже фестиваль, на котором собрались артисты из разных стран мира. Могу сказать, это реально работает. Это возможность и посмотреть, что происходит в современной музыке в других точках планеты, и показать себя, привлечь новую аудиторию. Потому что здесь люди приходят именно на фестиваль, а не на шоу конкретного артиста.

— Многие критики сегодня говорят о том, что эпоха больших стадионных героев прошла. Что вы думаете об этом?

Ирвин: — Не согласен. Прошло время больших рок-групп, это правда. Та музыка, которую сегодня делают многие талантливые ребята на студиях, другими средствами, не очень нравится любителям рока, и она сама по себе рассчитана на другую атмосферу, другие площадки. Наверное, сами стадионы уступили место более камерным клубам, либо даже большим залам, но таким, где можно создать определенную атмосферу, использовать не только особую звуковую, но и визуальную палитру.

Источник: mk.ru

Оставить ответ

*